7 загадок встречи молотова с гитлером

Встречался ли Сталин с Гитлером в 1939 году?

Гипотеза о вероятности тайного приезда Гитлера в Москву с делегацией Риббентропа в 1939 году («EFE», Испания)

Российский историк заявил вчера, 22 июня, что Адольф Гитлер, возможно, был в Москве в августе 1939 года, встречался со Сталиным и присутствовал на подписании пакта Молотова-Риббентропа.

Гипотеза Александра Осокина, автора книг о Второй мировой войне, основана на недавно обнаруженных в советских архивах списках состава немецкой делегации, которая в августе и сентябре 1939 года сопровождала министра иностранных дел нацистской Германии, Иоахима фон Риббентропа, во время его визитов в Москву.

Историк установил, что, по крайней мере, восемь членов делегации Риббентропа были из ближайшего личного окружения Гитлера: пилот, фотограф, адъютант, офицер-ординарец, врач и стенографист.

В списке состава делегации было обнаружено всего две женщины: «фройлен Эдит Крюгер» (без упоминания должности) и «секретарша Гильда фон Зееф». Осокин высказал предположение, что это могли быть Ева Браун, жена Гитлера, и Ильзе Браун, cтаршая сестра Евы.

По словам историка, на обнаруженных в архивах фотографиях и кадрах кинохроники, присутствуют два персонажа, похожие на главных советников Гитлера — политика Карла Хаусхофера, одного из идеологов нацизма, и маршала Вильгельма Кейтеля, — про приезд которых в Москву в составе делегации Риббентропа ни разу не упоминалось в прессе.

«Наиболее вероятной причиной включения в делегацию Риббентропа столь значительной части свиты Гитлера оказывается не что иное, как тайное участие в ней самого фюрера», − делает вывод автор статьи.

Тем не менее, другие историки опровергают версию Осокина.

«По-моему, это бред. Зачем Гитлеру ехать в Москву. Для встречи со Сталиным? Но такие факты не утаиваются, тем более в течение 70 лет», — заявил «Интерфаксу» известный историк Арсений Рогинский.

Осокин изложил свою теорию в статье, опубликованной 22 июня в газете «Московский комсомолец” (тираж 2.094.807 экземпляров) в связи с 69-й годовщиной нападения фашистской Германии на Советский Союз.

Подписав пакт Молотова-Риббентропа, Сталин и Гитлер разделили страны Восточной Европы на сферы немецких и советских интересов. Это соглашение послужило решающим толчком к нападению Германии на Польшу 1 сентября 1939 года и развязыванию Второй мировой войны.

Пакт Молотова-Риббентропа включает в себя два документа (договор о ненападении и договор о дружбе и границе между СССР и Германией), которые были подписаны министром иностранных дел нацистской Германии, Риббентропом, и наркомом по иностранным делам СССР, Вячеславом Молотовым, в присутствии Сталина в Москве 23 августа и 28 сентября 1939 года.

http://inosmi.ru/history/20100623/160799392.html 

ЗА:

Эдвард Радзинский. «Сталин». Глава 20. «Великая мечта».
«Было много слухов о тайной встрече Сталина и Гитлера, которая состоялась где-то на территории, отнятой у поверженной Польши. В 1972 году во Львове старый железнодорожник рассказал мне о поезде, который прибыл в город в октябре 1939 года, об охране, никого не пропускавшей на привокзальную площадь, об остановленном движении поездов. Он даже помнил число — 16 октября… Я с изумлением вспомнил об этой дате, когда увидел в «Комсомольской правде» фотокопию сенсационного документа, найденного в Национальном архиве США. «19 июля 1940 года. Лично и конфиденциально уважаемому Адольфу Берлу-младшему, помощнику Государственного секретаря… По только что поступившим данным из конфиденциального источника информации, после немецкого и русского вторжения в Польшу и ее раздела Гитлер и Сталин тайно встретились во Львове 17 октября 1939 года. На этих тайных переговорах Гитлер и Сталин подписали военное соглашение взамен исчерпавшего себя пакта… Искренне ваш Дж. Эдгар Гувер». Документ был подписан знаменитым многолетним шефом ФБР. На документе видны пометы о рассекречивании в декабре 1979 года. Даже поверив в его подлинность, я, естественно, продолжал сомневаться в истинности информации. В конце концов, сообщение, посланное Гуверу, могло оказаться ложным. Но публикация все-таки заставила меня перечитать рассказ железнодорожника, записанный в моем дневнике, — и там тоже был октябрь! Я понимал, что вряд ли удастся это проверить — несомненно, все документы, все следы этой встречи должны быть заботливо уничтожены Сталиным. И я решил обратиться к неожиданному источнику — Журналу регистрации посетителей Сталина, его страницам за октябрь 1939 года… Нет, 16 октября Сталин был в своем кабинете в Москве. И 17 октября у него — длинный список посетителей. Я уже хотел оставить свое занятие, но все-таки взглянул на 18 октября… В этот день приема не было! Сталин в Кремле не появился! И это не был выходной, обычный рабочий день — четверг. Итак, 18 октября его нет в Кремле! Отсутствует он и весь день 19 октября и только поздним вечером в 20 часов 25 минут возвращается в свой кабинет и начинает принимать посетителей. Я знал стиль его неутомимой, запойной работы. Он был типичным работоголиком, и это отсутствие посредине рабочей недели (суббота тоже была тогда рабочим днем) могло произойти только в двух случаях: или он был очень болен, или… отсутствовал в Москве. Интересен и список его посетителей накануне этого загадочного отсутствия. Вместе с членами Политбюро приходят Ворошилов, Жуков, Кулик, Кузнецов, Исаков — все руководители армии и флота. Но дольше всех в его кабинете в тот день — нарком иностранных дел Молотов. Нет, Хозяин не был болен. Скорее всего, во время его отсутствия состоялось что-то очень важное, ибо, согласно Журналу, 19 октября, когда он вновь появляется в Кремле, до полуночи идет совещание с глазу на глаз со вторым человеком в государстве — Молотовым. При этом во время их беседы в кабинет вызываются тот же Жуков и функционер номер три — Каганович…

Неужели действительно эта встреча была? Тайная встреча века! Как ее можно написать! Они сидели друг против друга — Вожди, земные боги, столь похожие и столь различные. Клялись в вечной дружбе, делили мир, и каждый думал, как он обманет другого…»

ПРОТИВ:

Безыменский Л.А. «Операция «Миф», или Сколько раз хоронили Гитлера» — М.: Международные отношения, 1995. Глава «Встреча в Берлине».
«Сталин и Гитлер никогда не встречались, хотя легенды об этом ходят по миру. Первая из них относится к 1913 году, когда оба действительно жили в одном городе — Вене.

Вторая легенда относится к более позднему времени.

Ее пустил в ход не кто иной, как небезызвестный шеф ФБР Эдгар Гувер, который в 1940 году доложил Рузвельту, что, по его надежным данным, Сталин и Гитлер точно встретились во Львове 17 октября 1939 года, якобы для заключения секретного военного соглашения. Сведения Гувера были чистой выдумкой. Сталин в этот день был в Москве (это подтверждают записи секретарей, тщательно фиксировавших посетителей генсека), Гитлер — в Берлине».

«Мог ли Сталин встретиться с Гитлером. О чем поведали журналы приемов в главном кремлевском кабинете».

«17 октября 1939 года Сталин из Москвы не отлучался, а стало быть, его встреча с Гитлером исключается. Сталин начал прием в 19 часов 35 минут. В его кабинете побывали Молотов, Микоян, Андреев, Жданов, Ворошилов… Всего 10 человек. Последние посетители вышли в 22 часа 30 минут».

http://labazov.livejournal.com/21682.html

Источник: https://imperialcommiss.livejournal.com/9637.html

Зачем Молотов встречался с Гитлером в ноябре 1940 года?

?Theosophist (theosophist) wrote,
2016-12-03 20:22:00Theosophist
theosophist
2016-12-03 20:22:00Оригинал взят у bolivar_s в Зачем Молотов встречался с Гитлером в ноябре 1940 года?Зачем Молотов встречался с Гитлером в ноябре 1940 года?

13 ноября 1940 года в Берлине состоялась вторая и последняя встреча наркома иностранных дел СССР Вячеслава Молотова с Адольфом Гитлером. «Что это было?», — историки спорят до сих пор.

Молотов прибыл в Берлин по приглашению немецкой стороны пасмурным утром 12 ноября. В составе многочисленной советской делегации были даже официантка и парикмахер. Советских дипломатов встретили исполнением Интернационала. Визит длился 2 дня, уже 14 ноября Молотов покинул столицу Германии после «трудных переговоров».

В течение долгих лет главной загадкой были инструкции, которые Молотов получал от Сталина накануне и во время визита. Лишь спустя полвека в личных архивах и в архивах Общего отдела ЦК КПСС были найдены шифрограммы Молотова и директивы Сталина.

Есть ли еще какие-либо документы об этой встрече? Что это? Где искать? Быть может, когда все советские архивы будут рассекречены, нас ждет удивительное открытие, вроде черновика неотправленного письма Сталина к Гитлеру.

Или отправленного?

Визит Молотова в рейх — последняя советско-германская встреча на высочайшем уровне: второе лицо в СССР непосредственно контактировало с фюрером.

В настоящий момент ход встречи почти полностью, едва ли не поминутно, реконструирован: где сидел Гитлер, во что был одет Риббентроп, знаменитая шутка Молотова во время воздушного налета на Берлин: «Если Германия победила Англию, то почему мы сейчас прячемся в бомбоубежище?».

И все-таки трудно отделаться от мысли, что самое главное от нас ускользнуло. Было еще что-то, какое-то тайное послание, которое один вождь «передал» другому.

Дипломатия такого класса ритуальна, официоз порой несет меньше информации, чем знаковые, понятные только избранным, мелочи.

Кто-то назовет это разновидностью исторического оккультизма, но, согласитесь, чужой волосок под подушкой значит больше, чем комплименты, охапка цветов и вкусно приготовленный ужин на столе.

За полтора месяца до поездки Молотова между Германией, Италией и Японией был заключен Тройственный пакт о разграничении сфер влияния. Поскольку в Москве этот документ мог быть воспринят как недружественный акт, вскоре Сталин получает письменное предложение от Риббентропа присоединиться к державам Оси.

Рассматривал ли Сталин возможность принять это предложение или отнесся к нему как к дипломатическому жесту? В Берлине Молотов занял жесткую позицию, от обсуждения многих тем уклонялся, заставляя, в свою очередь, уклоняться и немцев. Переговоры, по общему мнению, не получились продуктивными. Был ли этот провал ошибкой Молотова или следствием жестких инструкций из Кремля?

Читайте также:  Актуальные вещи из ссср, которые активно завоевывают внимание дизайнеров в современности

Главной темой встречи стало обсуждение сфер будущего влияния двух стран. Немцы предлагали СССР обратить внимание на южное направление, на осуществление давней мечты русского империализма — контроль над проливами Босфор и Дарданеллы, — и раздел шкуры Британской империи. Молотова больше всего интересовали Балканы и Финляндия.

Даже если мы примем версию, что стороны всю дорогу просто обманывали друг друга, не стоит недооценивать потенциал гуманитарных технологий. В каком-то идеальном мире дипломатическое решение наверняка существовало, просто его не удалось найти?

Заметки на полях встречи пестрят красноречивыми ремарками: «Холодно заметил», «Внезапно потемнел», «Неожиданно перевел тему разговора». Нет сомнений, что перед нами разворачивается сцена из большого театра. Сюжет пьесы пишется на ходу, актеры сочиняют реплики и немедленно их подают.

Шекспир отдыхает. Читая воспоминания об этих переговорах, ловишь себя на том, что пытаешься уловить: кто сфальшивил? Почему Гитлер вдруг надолго замолчал? Шутка Молотова — домашняя заготовка или экспромт? Но, как в любом подлинно большом театре, все, что за кулисами — остается за кулисами.

Сразу после окончания встречи обе стороны активизировали подготовку к будущей войне. Гитлер вскоре подпишет план «Барбаросса». Сталин тоже не сидит, сложа руки.

По одним несомненным признакам, вроде совершенно конкретных директив Гитлера готовиться к нападению на СССР и советским штабным играм, где сталинские генералы двигали фишки «танковых дивизий» от своих границ вглубь Европы — столкновение было неизбежно.

По другим признакам — ну, зачем русским отправлять без пяти минут противнику миллионы тонн нефти, а немцам чертежи самого современного вооружения? — обе страны видели друг в друге долгосрочного стратегического партнера.

А директивы и медленное стягивание дивизий к границам — это «хочешь мира, готовься к войне»; план «Б», который любая приличная страна должна иметь на всякий случай.

Была ли встреча Гитлера и Молотова последней частью заранее продуманного дьявольского плана или же две страны действительно пытались, но не смогли договориться и, как минимум, отложить начало войны на неопределенно долгий срок?

Известно, что немцы в начале войны получили преимущество внезапного нападения, фактор, об огромном значении которого еще в 1940-м говорил Георгий Жуков. Но войну выиграл Советский Союз. В этой связи вопрос, кто кого сильнее обжулил на решающих переговорах, звучит почти риторически. И, тем не менее, этот вопрос существует.

Обычно только проигравшие любят повторять: «А что было бы, если бы…». Победителям задаваться подобным вопросом ни к чему.

Тот факт, что в России по-прежнему задают себе этот вопрос, как бы намекает, что настоящий победитель в Берлинских переговорах не принимал прямого участия.

А вот какова косвенная роль британской разведки в организации встречи и влияние на ее результаты, боюсь — навсегда останется самой большой загадкой встречи Молотова и Гитлера.    http://russian7.ru/post/zachem-molotov-vstrechalsya-s-gitlerom-v/

Источник: https://theosophist.livejournal.com/2239337.html

Книга: Берлинские переговоры Молотова с Гитлером

Я уверен, что в обеих странах сегодня такой режим, который не хочет вести войну и которому необходим мир для внутреннего строительства.

В СССР и Германии много аналогичного, так как обе партии и оба государства нового типа.

12-13 ноября 1940 г. в Берлине прошли советско-германские переговоры. С советской стороны делегацию возглавлял председатель Совнаркома Вячеслав Молотов, с германской – рейхсканцлер Адольф Гитлер. Переговоры принято считать прологом советско-германской войны.

Эти переговоры и их последствия неоднократно описаны в мировой, немецкой, советской и российской историографии.

Тексты бесед между Молотовом и верхушкой гитлеровской Германии запротоколированы и были опубликованы как на Западе, так и в России.

В историографии господствует следующая точка зрения: переговоры были комедией, которую Гитлер ломал перед нападением на СССР, чтобы усыпить бдительность Сталина.

Открывшиеся в последнее десятилетие факты позволяют существенно пересмотреть этот взгляд.

К тому времени Рейх уже захватил Чехию, разгромил Польшу, Данию, Норвегию, Бельгию, Францию, Нидерланды. В самом разгаре шла воздушная битва за Англию, а немецкие подлодки наносили удары по английским морским коммуникациям.

СССР год назад захватил половину Польши, немного спустя – Карельский перешеек у Финляндии, потом Бессарабию, страны Прибалтики – продвинулся почти до всех границ, очерченных советско-германскими договорами 1939 года.

Гитлеровская Германия, захватив огромные территории, остро нуждалась в сырье для нормального функционирования экономики разросшегося Рейха: Англия душила своего противника морской блокадой.

Твердокаменный Молотов, уезжая в Германию, получил подробные инструкции от своего шефа, о чем не преминул сообщить противоположной стороне: «Я выражаю позицию лично Сталина!» Гитлер сам участвовал в переговорах, его тщательно проинструктированные дипломаты играли вторые роли.

Чего хотел Гитлер от Сталина, мы доподлинно знать не можем, но известно, что он Молотову предложил.

Основные предложения состояли в том, чтобы поделить уже не Европу, а мир! В дележе должны были участвовать Италия, Германия, Япония, СССР, который получал возможность экспансии на юг – в Иран, Ирак, Афганистан, Индию.

В Восточной Азии Сталин должен был сам договориться с Японией. Это позволяло образовать союз тоталитарных диктатур на бескрайних просторах Евразии.

Гитлер хотел направить экспансию СССР на юг, чтобы Сталин не мешал заняться ему европейскими проблемами. Правда, еще с июня 1940 г. германский Генштаб планировал возможную войну против СССР, но это планирование можно было прекратить в любой момент; в то время генштабы всего мира прорабатывали разные варианты развития событий: нападение, оборона.

Молотов, которому не впервой было вести переговоры об империалистическом дележе суверенных стран, в общем согласился с предложениями, но заявил, что сначала надо решить европейские проблемы: вывести немецкие войска из Финляндии и Румынии и упрочить влияние СССР в Турции и Болгарии.

Переговоры шли два дня, Гитлер предлагал поделить мир, Молотов упорно говорил о вышеназванных претензиях.

25 ноября в Кремле Молотов заявил немецкому послу Шуленбургу о готовности СССР принять проект четырех держав о политическом сотрудничестве и экономической взаимопомощи при условии урегулирования восточно-, южно- и североевропейских проблем. Гитлер отлично понял, куда метит Сталин, и 19 декабря 1940 г. подписал директиву №21 – ввел в действие план «Барбаросса» с ориентировочным сроком нападения на СССР поздней весной 1941 года…

Остановимся на требованиях Сталина. Одно из них заключалось в признании интересов СССР в Финляндии и выводе оттуда германских войск. В дополнение к этому Сталин высказал желание, чтобы были признаны интересы СССР в Швеции и районе Шпицбергена.

В этом случае рудники на севере Швеции, где Германия черпала незаменимое стратегическое сырье – железную руду, оказались бы либо под прямым контролем Советов, либо в зоне действия их фронтовой, не говоря уже о стратегической, авиации.

Уже из этого ясно, что Москва хотела сделать Германию беззащитным, зависимым от нее «колоссом на глиняных ногах».

Второе по важности требование: вывод войск из Румынии, признание советских интересов в Румынии и Болгарии. Из Румынии Германия и Италия получали нефть и нефтепродукты. Если бы еще и этот район оказался под контролем СССР, Рейх можно было бы задушить буквально голыми руками – даже без крупномасштабной войны.

Вдобавок Сталин хотел получить контроль над Босфором и Дарданеллами. Советские базы в проливах, помимо возможности выхода Красного флота в Средиземноморье, дали бы Сталину контроль над всеми турецко-германскими экономическими связями.

А из Турции Германия почти до конца войны получала хром, необходимый для производства высококачественных сталей (жизненную важность этих поставок для военной экономики Германии отмечал в своих мемуарах бывший министр вооружений А.Шпеер).

Еще Москва хотела от Берлина признания своих интересов в Иране и некоторых других уступок…

А теперь вспомним, что происходило в СССР.

На момент переговоров там уже больше года был запущен мобилизационный процесс.

ВПК производил горы снарядов и патронов, штамповал десятками подводные лодки, тысячами – танки и самолеты. На производство военной продукции в массовом порядке переходили обычные заводы. С нуля разворачивались сотни новых дивизий. Военные училища готовили десятки и сотни тысяч офицеров и сержантов армии, флота и НКВД.

Проводилась пропагандно-идеологическая подготовка населения к «освободительному походу». Многие мобилизационные приготовления приняли необратимый характер. (См. об этом, например: В.Суворов. День М; М.Мельтюхов. Упущенный шанс Сталина; В.Невежин. Синдром наступательной войны).

Об этом немецкая разведка кое-что знала. Но она не знала, над чем в тот или иной момент думают в советском Генштабе. А там еще с октября 1939 г. разрабатывался план войны с Германией (по июнь 1941-го было разработано минимум шесть вариантов этого плана). 15 октября 1940 г.

советское руководство утвердило этот план – судьба Рейха была решена еще до переговоров и вне зависимости от их исхода.

В свете перечисленных фактов переговоры в Берлине выглядят еще и как попытка Молотова выторговать у Гитлера хорошие условия для «освободительного похода» Красной Армии.

Это, кстати, многие поняли и в Берлине. О просветлении умов в высшем нацистском руководстве свидетельствуют слова начальника Генштаба вооруженных сил Германии Вильгельма Кейтеля, произнесенные им на допросе 17 июня 1945 г.

: «После этих переговоров я был информирован, что Советский Союз якобы поставил ряд абсолютно невыполнимых условий по отношению к Румынии, Финляндии и Прибалтике. С этого времени можно считать, что вопрос о войне с СССР был решен.

Под этим следует понимать, что для Германии стала ясной угроза нападения Красной Армии» («Военно-исторический журнал», 1993, №9).

Похоже, что Гитлер понял: если его партнер выдвигает такие требования уже сейчас, то долгого добрососедского мира с ним не будет. А раз так, лучше напасть поскорее, не дожидаясь ни окончания войны на Западе, ни сокрушительного удара с Востока. Таким образом, зондаж Гитлера в какой-то мере удался. После оценки обстановки последовали действия.

Читайте также:  Великие полководцы второй мировой войны

Источник: http://www.e-reading.club/bookreader.php/1020641/Gogun_-_Berlinskie_peregovory_Molotova_s_Gitlerom.html

Загадка встречи Молотова с Гитлером

?navy_chf (navy_chf) wrote,
2016-11-20 19:12:00navy_chf
navy_chf
2016-11-20 19:12:00Оригинал взят у janis60 в Загадка встречи Молотова с ГитлеромЗагадка встречи Молотова с Гитлером[Spoiler (click to open)]Оригинал взят у rama909 в Загадка встречи Молотова с Гитлером13 ноября 1940 года в Берлине состоялась вторая и последняя встреча наркома иностранных дел СССР Вячеслава Молотова с Адольфом Гитлером. «Что это было?», — историки спорят до сих пор.

Инструкции Сталина и засекреченные документы

Молотов прибыл в Берлин по приглашению немецкой стороны пасмурным утром 12 ноября. В составе многочисленной советской делегации были даже официантка и парикмахер. Советских дипломатов встретили исполнением Интернационала. Визит длился 2 дня, уже 14 ноября Молотов покинул столицу Германии после «трудных переговоров».

В течение долгих лет главной загадкой были инструкции, которые Молотов получал от Сталина накануне и во время визита. Лишь спустя полвека в личных архивах и в архивах Общего отдела ЦК КПСС были найдены шифрограммы Молотова и директивы Сталина.

Есть ли еще какие-либо документы об этой встрече? Что это? Где искать? Быть может, когда все советские архивы будут рассекречены, нас ждет удивительное открытие, вроде черновика неотправленного письма Сталина к Гитлеру.

Или отправленного?Секретное послание от СталинаВизит Молотова в рейх — последняя советско-германская встреча на высочайшем уровне: второе лицо в СССР непосредственно контактировало с фюрером.

В настоящий момент ход встречи почти полностью, едва ли не поминутно, реконструирован: где сидел Гитлер, во что был одет Риббентроп, знаменитая шутка Молотова во время воздушного налета на Берлин: «Если Германия победила Англию, то почему мы сейчас прячемся в бомбоубежище?».И все-таки трудно отделаться от мысли, что самое главное от нас ускользнуло.

Было еще что-то, какое-то тайное послание, которое один вождь «передал» другому. Дипломатия такого класса ритуальна, официоз порой несет меньше информации, чем знаковые, понятные только избранным, мелочи.

Кто-то назовет это разновидностью исторического оккультизма, но, согласитесь, чужой волосок под подушкой значит больше, чем комплименты, охапка цветов и вкусно приготовленный ужин на столе.Хотят ли русские войныЗа полтора месяца до поездки Молотова между Германией, Италией и Японией был заключен Тройственный пакт о разграничении сфер влияния.

Поскольку в Москве этот документ мог быть воспринят как недружественный акт, вскоре Сталин получает письменное предложение от Риббентропа присоединиться к державам Оси.

Рассматривал ли Сталин возможность принять это предложение или отнесся к нему как к дипломатическому жесту? В Берлине Молотов занял жесткую позицию, от обсуждения многих тем уклонялся, заставляя, в свою очередь, уклоняться и немцев. Переговоры, по общему мнению, не получились продуктивными.

Был ли этот провал ошибкой Молотова или следствием жестких инструкций из Кремля?Раздел сфер влиянияГлавной темой встречи стало обсуждение сфер будущего влияния двух стран. Немцы предлагали СССР обратить внимание на южное направление, на осуществление давней мечты русского империализма — контроль над проливами Босфор и Дарданеллы, — и раздел шкуры Британской империи.

Молотова больше всего интересовали Балканы и Финляндия.Даже если мы примем версию, что стороны всю дорогу просто обманывали друг друга, не стоит недооценивать потенциал гуманитарных технологий.

В каком-то идеальном мире дипломатическое решение наверняка существовало, просто его не удалось найти?Большой театрЗаметки на полях встречи пестрят красноречивыми ремарками: «Холодно заметил», «Внезапно потемнел», «Неожиданно перевел тему разговора». Нет сомнений, что перед нами разворачивается сцена из большого театра.

Сюжет пьесы пишется на ходу, актеры сочиняют реплики и немедленно их подают. Шекспир отдыхает. Читая воспоминания об этих переговорах, ловишь себя на том, что пытаешься уловить: кто сфальшивил? Почему Гитлер вдруг надолго замолчал? Шутка Молотова — домашняя заготовка или экспромт? Но, как в любом подлинно большом театре, все, что за кулисами — остается за кулисами.

Последние сомненияСразу после окончания встречи обе стороны активизировали подготовку к будущей войне. Гитлер вскоре подпишет план «Барбаросса». Сталин тоже не сидит, сложа руки.

По одним несомненным признакам, вроде совершенно конкретных директив Гитлера готовиться к нападению на СССР и советским штабным играм, где сталинские генералы двигали фишки «танковых дивизий» от своих границ вглубь Европы — столкновение было неизбежно. По другим признакам — ну, зачем русским отправлять без пяти минут противнику миллионы тонн нефти, а немцам чертежи самого современного вооружения? — обе страны видели друг в друге долгосрочного стратегического партнера. А директивы и медленное стягивание дивизий к границам — это «хочешь мира, готовься к войне»; план «Б», который любая приличная страна должна иметь на всякий случай.Была ли встреча Гитлера и Молотова последней частью заранее продуманного дьявольского плана или же две страны действительно пытались, но не смогли договориться и, как минимум, отложить начало войны на неопределенно долгий срок?Кто кого перехитрил?Известно, что немцы в начале войны получили преимущество внезапного нападения, фактор, об огромном значении которого еще в 1940-м говорил Георгий Жуков. Но войну выиграл Советский Союз. В этой связи вопрос, кто кого сильнее обжулил на решающих переговорах, звучит почти риторически. И, тем не менее, этот вопрос существует.

Обычно только проигравшие любят повторять: «А что было бы, если бы…». Победителям задаваться подобным вопросом ни к чему. Тот факт, что в России по-прежнему задают себе этот вопрос, как бы намекает, что настоящий победитель в Берлинских переговорах не принимал прямого участия. А вот какова косвенная роль британской разведки в организации встречи и влияние на ее результаты, боюсь — навсегда останется самой большой загадкой встречи Молотова и Гитлера.

  • Оригинал взят у mon_sofia в ЧУДО НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА (+ ФОТО) 22 мая, 2012 • Протоиерей Игорь Пчелинцев Наверное, самый…
  • Я конечно же знал как создавалось это произведение, но очередной раз читая эту историю неумышленно пытался поставить себя в описанные…
  • Кли́пер (от англ. clipper или нидерл. klipper) — парусное судно с развитым парусным вооружением и острыми, «режущими воду» (англ. clip)…
  • Последний европеец. Старая статья,которая до сих пор актуальна. Жослен Бомон – последний европеец. Грустные мысли возникают после…
  • Священные собаки древних ариев. Проходят века и тысячелетия, но дружба человека и собаки становится лишь крепче. Война ли, стихийное бедствие…
  • 11 мая 1720 года родился Карл Фридрих Иероним барон фон Мюнхгаузен. Штурм Очакова в 1737 году году глазами барона Мюнхгаузена выглядел так:…
  • 4 мая 1935 года Сталин произнёс свою знаменитую фразу: «Кадры решают всё!» Почему фраза Сталина о кадрах, которые решают всё, стала крылатой?…
  • Торпедирование транспорта «Гойя». Художник И. Родионов. Когда говорят о крупнейших морских катастрофах, все сразу же вспоминают знаменитый…
  • 2771 год назад, 21 апреля 753 года до нашей эры, был основан Рим. Жили-были два брата, звали их Ромул и Рем. Жили они в VIII веке до н.э.…

Источник: https://navy-chf.livejournal.com/2175038.html

Встреча друзей.Молотов -Гитлер 12 ноября 1940 года | Евгений Важенин

Последнее обновление: среда, 10 ноября 2010 г., 07:17 GMT 10:17 MCK

70 лет назад в Берлине и Москве решалась судьба мира. Многие и по сей день об этом не знают.

Поездка главы советского правительства и наркома иностранных дел Вячеслава Молотова в столицу Третьего рейха 12-13 ноября 1940 года оказалась практически забыта на фоне заключенного годом и двумя месяцами ранее советско-германского пакта — именно потому, что в тот раз ничего не было подписано.

Советские источники упоминали об этом событии глухо, сводя его к обычной дипломатической «сверке часов» и протокольному ответу на визиты Риббентропа в Москву в августе и сентябре 1939 года.

Между тем немцы тогда предложили СССР ни много ни мало официально присоединиться к «пакту трех» и принять участие в «дележе британского наследства».

Риббентроп под страшным секретом сообщил гостю о непреклонном решении фюрера в ближайшее время произвести высадку в Англии и вручил ему проект нового советско-германского договора из трех статей, самым содержательным в котором являлась фраза: «Германия, Италия, Япония и Советский Союз обязуются уважать естественные сферы влияния друг друга».

«Все страны, которые могут быть заинтересованы в территориях обанкротившейся империи, должны будут прекратить раздоры между собой и посвятить себя исключительно разделу Британской империи»

Как и пакт Молотова-Риббентропа, договор должен был сопровождаться секретным протоколом о разделе этих самых сфер влияния. «Центр тяжести интересов Советского Союза», по мнению немцев, должен был лежать «в направлении к Индийскому океану».

Во время двух раундов переговоров с Гитлером и двух — с Риббентропом хозяева всячески убеждали гостя, что Британия вот-вот рухнет, поэтому думать надо быстрее.

На приеме в советском посольстве 12 ноября Геринг подошел к советскому послу Деканозову, «доверительно» сообщил, что, поскольку основной вклад в войну с Англией вносят люфтваффе, командовать парадом в Лондоне поручено ему, и попросил собеседника не занимать другими делами день 15 июля 1941 года.

Ответ Москвы

Советские граждане узнали эти любопытные подробности в 1975 году из исторического романа «Блокада», написанного кандидатом в члены ЦК КПСС и секретарем правления Союза писателей Александром Чаковским. По Чаковскому выходило, что Молотов с ходу отверг бредовую фашистскую идею.

Переводчик Молотова Валентин Бережков в опубликованных в 1982 году воспоминаниях утверждал, что его патрон даже не дослушал Гитлера до конца, заявив, что не хочет обсуждать «фантастические планы».

На самом деле, над немецкими предложениями в Москве думали серьезно. 25 ноября 1940 года Молотов передал германскому послу Шуленбургу советский ответ.

«СССР согласен принять в основном проект пакта четырех держав об их политическом сотрудничестве и экономической взаимопомощи […] при следующих условиях:

Читайте также:  Достижения советского союза

1. Если германские войска будут теперь же выведены из Финляндии, представляющей сферу влияния СССР, согласно советско-германского соглашения 1939 года […]

2. Если в ближайшие месяцы будет обеспечена безопасность СССР в Проливах путем заключения пакта взаимопомощи между СССР и Болгарией и организации военной и военно-морской базы СССР в районе Босфора и Дарданелл на началах долгосрочной аренды;

3. Если центром тяжести аспирации СССР будет признан район к югу от Батума и Баку в общем направлении к Персидскому заливу;

4. Если Япония откажется от своих концессионных прав по углю и нефти на Северном Сахалине на условиях справедливой компенсации.

Сообразно с изложенным должен быть изменен проект протокола к Договору 4-х держав, представленный г. Риббентропом о разграничении сфер влияния, в духе определения центра тяжести аспирации СССР на юге от Батума и Баку в общем направлении к Персидскому заливу».

«Для Молотова от Инстанции. Твое поведение в переговорах считаем правильным»

Телеграмма Сталина от 13 ноября 1940 г.

Заменив «Индийский океан» на «Персидский залив» Сталин и Молотов дали понять, что их интересует не индийский чай, а ближневосточная нефть. Два первых пункта касались Европы.

Для западных исследователей и публики содержание документа не являлось тайной. В 1948 году, после того, как архивы германского МИД оказались в руках американцев, он был опубликован в знаменитом сборнике Госдепартамента «Nazi-Soviet Relations».

В СССР сборник называли «антисоветской фальшивкой» и «провокацией в духе «холодной войны», однако в 1990-х годах в Москве «нашлась» машинописная копия с собственноручной пометкой Молотова: «Передано г. Шуленбургу мною 25 ноября 1940 г.».

Москва и Берлин к этому вопросу больше не возвращались. Никакой реакции на советские контрпредложения не последовало. Ответом Германии стали орудийные залпы на рассвете 22 июня 1941 года.

Секретная инструкция

Судя по опубликованной в наши дни инструкции, полученной Молотовым от Сталина, «фантастическое» предложение Берлина не оказалось для Москвы неожиданным.

Еще до начала переговоров премьеру было поручено дать согласие на присоединение СССР к «пакту трех», если немцы признают «серьезные интересы» СССР в отношении Финляндии, Болгарии, Турции и Ирана.

Предполагалось, что в случае, если согласие будет достигнуто, новые союзники совместно обратятся к Британии с «мирными предложениями», включающими в себя уход англичан из Гибралтара и Египта и возвращение Германии ее прежних колоний.

Вопрос, вступит ли СССР в войну на стороне Германии, если Лондон отвергнет ультиматум, отражения в документе не получил.

Разговор глухих

Как написал Молотов в отчете Сталину, «главное время с Гитлером ушло на финский вопрос».

«Я вполне одобряю идею о сотрудничестве с той оговоркой, что разграничение сфер влияния должно быть продумано более тщательно»

Глава советского правительства настаивал на праве СССР, в соответствии с секретным протоколом к пакту 1939 года, довести до конца дело, начатое во время Зимней войны, и оккупировать Финляндию.

Немцы отвечали, что ничего не имеют против, но просят обождать до окончания войны с Англией, поскольку в данный момент любой конфликт на Балтике крайне нежелателен для Германии, и выражали недоумение, отчего это партнеры так беспокоятся о финских лесах и болотах, когда им предлагают Индию.

Молотов заявил, что никакого продолжительного конфликта не будет, Красная армия разобьет Финляндию за две недели. Гитлер напомнил, что год назад дело у Красной армии пошло не столь гладко.

Другим ключевым вопросом, судя по протокольным записям бесед, оказались Балканы.

В сентябре 1940 года Германия гарантировала неприкосновенность границ Румынии и ввела на ее территорию свои войска.

«Гитлер, приветствуя Молотова при первой встрече, был ошеломляюще любезен. Ему явно важно было расположить к себе Молотова как в деловом, так и в человеческом плане. Однако на второй день противоположность целей обоих партнеров по переговорам выявилась столь отчетливо, что о возможности договоренностей речь уже вряд ли могла идти»

Густав Хильгер, личный переводчик Гитлера

Молотов заявил, что СССР усматривает в этом нарушение условий советско-германского пакта, поскольку Москва, присоединив к себе Северную Буковину, претендует и на Южную, следовательно, не считает вопрос о границах Румынии закрытым.

Немцы сослались на свою крайнюю заинтересованность в нефтяных месторождениях Плоешти, а также на то, что в секретном протоколе к пакту Молотова-Риббентропа речь шла только о Бессарабии, Буковина же не упоминалась вовсе.

Советский представитель сказал, что, коли так, Москва хотела бы получить Болгарию, заключив с ней договор о гарантиях безопасности, аналогичный тем, что были подписаны осенью 1939 года с Литвой, Латвией и Эстонией (к моменту переговоров те уже превратились в советские республики), и создав военно-морскую базу в районе Босфора и Дарданелл.

Гитлер и Риббентроп заявили, что считают обсуждение этого вопроса беспредметным, поскольку Болгария и Турция, в отличие от Румынии, никого не просили о гарантиях и вводе войск.

Молотов дал понять, что, если Москва, Берлин и Рим проявят согласованную волю, София и Анкара долго упираться не станут.

«Некоторые из моих консервативных друзей рекомендуют мир. Но я стою за войну до конца. Гитлер должен быть уничтожен. Нацизм должен быть сокрушен раз и навсегда»

В какой-то момент Гитлер осведомился, не слишком ли много желает получить Советский Союз. Молотов ответил, что Германии в этом смысле не пристало жаловаться, она за последние месяцы приобрела в Европе гораздо больше.

«Но мы воюем, а вы — нет! — заорал выведенный из себя фюрер. — Мы оплачиваем все приобретения кровью наших солдат!»

Услышь этот разговор аналитики британской разведки, еще летом 1939 года предсказавшие, что «если эти страны [Германия и СССР] придут к какому-либо политическому, тем более, военному соглашению, то война между ними станет совершенно неизбежной», они могли бы поздравить себя с точным прогнозом.

«Страшные перспективы»

Если бы СССР согласился на немецкие предложения, вся история пошла бы совершенно по-другому.

«Гит­лер ве­дет двой­ную иг­ру. Го­то­вя аг­рес­сию про­тив СССР, он вме­сте с тем ста­ра­ет­ся вы­иг­рать вре­мя»

Из выступления Сталина на заседании политбюро 18 ноября 1940 г.

«Жрецы черного язычества приветствовали друг друга, — пишет современный российский историк Игорь Бунич. – Древняя христианская цивилизация уже корчилась в их кровожадных лапах. Возможный союз двух могучих тоталитарных империй сулил затаившему дыхание миру страшные перспективы».

Судя по содержанию переговоров в Берлине и советскому ответу на германские предложения, Сталин и Молотов не видели в альянсе с нацизмом против западных демократий ничего немыслимого с моральной точки зрения. Стороны не сошлись — и не могли сойтись — в цене.

Со времени заключения пакта Молотова-Риббентропа международная обстановка изменилась коренным образом.

В Москве надеялись на ослабление «империализма» в ходе затяжной войны по образцу 1914-1918 годов.

«Мы сможем, находясь в выгодном положении, выжидать, когда наступит наша очередь», — заявил Сталин на заседании политбюро 19 августа 1939 года.

Как всякий человек, чье политико-стратегическое мышление было сформировано опытом первой мировой, он считал ведущей военной державой Францию, и больше всего беспокоился, как бы Германия не потерпела поражение слишком рано.

«Для нас очень важно, чтобы эта война длилась как можно дольше, чтобы обе стороны истощили свои силы, — сказал он в той же речи. — Если Германия победит, она выйдет из войны слишком истощенной, чтобы воевать с нами в ближайшие десять лет».

«Два безнравственных режима»

Расчет не оправдался. Летом 1940 года на западе перед СССР предстал безмерно усилившийся и смертельно опасный нацистский монолит.

«Если август 1939 года может считаться «звездным часом» сталинской дипломатии, то визит Молотова в Берлин был, наверное, самым крупным провалом. Правду сказать, и ситуация стала несравненно сложнее»

Советские руководители не могли не понимать, что судьба мира решается в Европе, а Индию, которую немецкий фюрер посулил от своих «щедрот», в случае краха Британии, независимо от причин последнего, они и так, если захотят, возьмут голыми руками.

В августе 1939 года Гитлер настолько зависел от советской «отмашки» для вторжения в Польшу, что, по его собственному признанию, ночами не спал в ожидании ответа из Москвы.

Спустя год он почувствовал себя хозяином положения и отвел СССР в своих планах роль младшего зависимого партнера. Платить Сталину существенными территориальными уступками, тем более, мириться с советским замахом на Балканы и Скандинавию вкупе с румынской нефтью, шведской железной рудой и финским никелем, и фактическим окружением Германии в Берлине больше не собирались.

«Два абсолютно безнравственных режима, пребывая в чаду гордыни от своей мощи, не могли и не хотели заключать с кем-либо равноправного союза.

Они мечтали при первой же возможности уничтожить своего союзника или, в лучшем случае, превратить его в безропотного и никчемного сателлита.

Сами способные на все, они были не в состоянии кому-либо доверять», — объясняет причину провала переговоров Игорь Бунич.

Многие историки полагают, что именно после визита Молотова в Берлин неизбежность войны стала очевидна обеим сторонам.

Через месяц Гитлер рассмотрел первый вариант плана «Барбаросса». Через полтора месяца Сталин провел совещание с высшим командованием Красной армии и большую игру на картах, в ходе которой изучались различные варианты советско-германского конфликта.

Исследователи, анализирующие виртуальную возможность присоединения Москвы к «пакту трех», приходят к выводу, что большая война между идеологическими империями, стремившимися к мировому господству, все равно случилась бы рано или поздно. Но, если бы Британия к тому времени потерпела поражение, дело, скорее всего, закончилось бы установлением контроля одного из тоталитарных режимов над всей Евразией.

Источник: http://maxpark.com/user/1436766536/content/549881

Ссылка на основную публикацию